Необычайный этот город - звенигород. Да и город ли вообще?

да нет, вроде город. Только такой, придорожный. Так люди, крестьяне в общем, торгуют картошкой, яблоками или сметаной на трассе. Выставят ведро с содержимым, а сами - в хату. Одним глазом за товаром приглядывают, а вообще, по-серьезному, - живут, занимаются важными делами, не бездельничают. Но ведро из-под прицела не выпускают: клиент вот-вот объявится.

Все в звенигороде недалеко от дороги. Город торгует свежевыкрашенными фасадами, своими продуктовыми павильонами, своим кинотеатром под названием "кинотеатр", в котором уже несколько лет не показывают кино. Звенигород похож на добротную киношную декорацию: снаружи все прекрасно, но как ни заглядывай за приоткрытую дверь, как ни всовывайся в невзначай распахнутое окно - не видать продолжения, следствия города. Тут (поэтому) часто и снимают кино - не пропадать же реквизиту! не успеешь появиться на московской, главной и почти единственной улице звенигорода, наткнешься на московскую же съемочную группу. Вот и теперь: снимается кино "фанатик", режиссер - егор кончаловский. Загадочный человек из группы наотрез отказывается раскрыть карты:

- нельзя нам. Начальства нет, а без начальства нам не разрешают с прессой. Что все-таки могу сказать - это будет детектив. Сценарий я, конечно, читал, но ничего больше сказать не имею права. Так вот, фильм "нтв-профит". Действие происходит в наши дни в небольшом русском городке. Больше пока ничего. Кстати, название мы уже поменяли... Ну не мы - начальство. Теперь называется "затворник". По-моему, лучше намного, а?

еще как лучше. Мы стоим, естественно, при дороге с анонимным человеком, по которому и так видно, что он помогает художнику устанавливать декорации. Мы стоим и ждем крестного хода, ради чего все это, весь этот звенигород и затевался.

Перенесение мощей преподобного саввы сторожевского из свято-данилова монастыря - дело серьезное. Настолько серьезное, что город за две недели будто заново отстроили. Сделали приличную дорогу, поставили настоящие остановки, укрепили, привели в божеский вид источник на городке, на полпути к саввино-сторожевскому монастырю, - туда крестный ход под руководством патриарха всея руси алексия ii и несет нетленные останки саввы, ученика и сподвижника сергия радонежского. Надо ли говорить, что покрасили все, к чему прилипает краска. И несметное число милиции и войск, сумасшедшее количество машин с мигалками, толпы охранников высокой квалификации то есть, в дорогих костюмах и на новых джипах. Если вы решите, что это из-за патриарха, то угадаете наполовину. Есть подозрение, что милиционерам и военным действительно дорога эта местность: тут два хороших санатория - мвд и министерства обороны. И однажды высокопоставленные отдыхающие уже повлияли на судьбы монастыря: по их письму срыт был погост на территории обители - он наводил служивых и их домашних на "грустные мысли". Но кто старое помянет...

Когда я увидел надвигающийся крестный ход, все понял: с русским народом опасно идти в едином строю и в ногу - сметут. Я побежал в монастырь вперед, чтобы там встретить: процессия остановится еще для освящения часовни вознесения господня, потом у источника - есть время.

Монастырь на горе. Она раньше звалась сторожевой, охраняла с запада государство московское. Красота: видно все, ничего не слышно - лишнего. А нужное - до последнего слова.

- Это для нас рядовое событие, мы в основном на храме христа спасителя специализируемся, - просветил меня дмитрий фролов, звукорежиссер "московской радиосети", на пульте которого сошлись кабели от микрофонов всех пяти точек - источников праздничных звуков. Приняв меня за нового клиента, дмитрий рассказывал подробно. - Микрофоны "зенхайзер", колонки "тесла". Приехали за день, в пятницу, все установили. Колонки почти по всему периметру монастыря, машина стоит за стенами - оттуда тоже слышно каждое слово. Нет, тут все просто. А в храме христа спасителя даже аппарат для обработки звука использовали - высочайшие требования!

а крестный ход подошел к стенам монастыря, которому в эти дни исполнилось шестьсот лет. Дальше - известная российская история: тех людей, которые шли пешком, не пустили, а разрешили войти лишь по "пригласительным билетам". Сливки сняли, как обычно, те, у кого от них изжога.

Всенощное бдение патриаршим служением было действительно слышно прекрасно и снаружи: даже приглашенные не смогли войти в рождественский храм. Но им и не надо было: крепкие, без следов поста на лице мужчины, представители явной или тайной власти. Женщины при них, одетые, как на похоронах крестного отца в голливудском фильме: дорого и откровенно. Они паслись на лужайке перед храмом, относились к происходящему, как к привычному шоу: непонятно только, почему ничего не видно. Скучно, хотя отчего-то тревожно. А внизу, под стенами, разочарованно... Нет, смиренно расползалась паства. Православная россия, которая одинаково выглядит уже тысячу лет - сверху, из-за крепостных стен. Это замедленное движение почему-то напомнило тарковского. Не "рублева", а "солярис": под ля-минорную хоральную прелюдию баха камера проходит по полотнам голландцев, застывая на одном пейзаже... Брейгелевское скорбное, бессмысленное на первый взгляд, трагическое движение народа - народ уходит.

Но был праздник. На следующий день - божественная литургия, красивое пение хора монастыря, поддерживаемое хором троице-сергиевой лавры. Молодой настоятель саввино-сторожевской обители, игумен феоктист, производится прилюдно в сан архимандрита. Раздельная трапеза народа и начальников: на улице - непостный борщок, рыба и даже "смирновочка", святейший благословил в честь праздника. Все те же микрофоны "зенхайзер" и колонки "тесла" четко доносят праздничные тосты из-за наглухо затворенных дверей трапезной. Голоса звучат торжественно и чересчур таинственно. Неизвестно, кто говорит, но и неважно: люди за невидимым столом превозносят патриарха, вспоминают преподобного савву, пьют за шестисотлетие монастыря. Люди, которые снаружи, под дождем, просто радуются святому дню: улыбаются, подпевают сокрытому в трапезной хору - тихо и благостно. Народ никуда не ушел, он здесь, он вечен.

- Знаете, какого вопроса больше всего боятся наши экскурсоводы? - ирина хлебодарова, старший научный сотрудник звенигородского историко-архитектурного и художественного музея, который на территории монастыря, даже зарделась от смущения. - У вас ли снимался "иван васильевич меняет профессию" и где тут подземный ход: все уверены, что под монастырем есть туннель. А тут снимался "солярис" тарковского. Помните, там есть кадры: под музыку баха герой вспоминает детство? - я кивнул. - Это вот у нас снимали, там, под стенами. - Ирина медленным жестом показывает в известном ей направлении. - А вообще как преобразилась обитель, меньше чем за год, с приходом отца феоктиста! только сейчас началась монастырская жизнь: появились послушники, каждый день в рождественском храме - служба. Колокола повесили - в субботу они первый раз зазвучали. Чудо.

У придорожного звенигорода есть перспектива. После перемещения святых мощей в саввино-сторожевскую обитель сюда будут прибывать паломники со всего православного света. Город на полпути, у дороги обязан будет надстраивать декорации реальными городскими сооружениями. Он, может быть, посерьезнеет, может быть почувствует силу, какая была у него в пору расцвета, при князе юрии, сыне дмитрия донского. А может, и останется при дороге - так даже веселее.

Мимо идут православные люди с надеждой, с покойной своей улыбкой. А из окна выглядывает город и соглашается: и впрямь благодать!