...В двух шагах от ст. Метро "октябрьское поле" маршала соколовского, 10. Сюда или не сюда? "идите прямо, потом направо, красное здание". Улица повернула сама, и я за ней. Надо еще обойти скучный бетонный забор, ограждающий стройку. Вот и особнячок. Из кирпича, без излишеств. Видать, раньше была обычная школа. Ныне колледж имени шнитке - московский государственный институт музыки.

Пошумливает, погрохатывает стройка. Майна - вира. У подъезда лает, самоутверждаясь, песик, лапы разъезжаются по льду. Ни перешуметь-перегрохотать, ни перелаять могучее музыкальное разнозвучие этого дома никак невозможно. Иду по коридору. Коммуналка? у кого по баяну зачет, у кого экзамен по балалайке. Распеваются молодые сопранистые голоса. Чуть дальше опять вокал: тенора. Рядом ерзает контрабас. Как они не мешают друг другу и друг другу, как говорится, по барабану? экзаменационная горячка? или такое постоянно? неподалеку бахнуло шампанское, зацокали бокалы: юбилей учителя. Тоже нужно.

Какофония стройки ласкает слух ректора горлинского. Ему строят 4-этажный учебный корпус с переходом в существующее здание. А покамест колледжу тесно-тесно... Имя шнитке на фронтоне притягивает молодежь: кто только не жаждет начать здесь свою музыкальную жизнь. Как шнитке.

Не бывает пророк без чести, говорит писание. Но тут же добавляет: разве только в отечестве своем и в доме своем. Россия - речь не об обществе, а о государстве, это все-таки не одно и то же - не исключение. Самым жестоким образом много раз подтвердила древнюю мудрость. Богатая дарованиями (свойство российской почвы?), часто последней осознавала и признавала величие и неповторимость своих гениальных детей. Иногда, как талант владимира высоцкого, под напором соотечественников; иногда - еще постыдней - под натиском чужестранцев. После того как признали где-нибудь в гватемале. Иосиф бродский, параджанов... Да мало ли кто еще. Про старые времена умолчу, а то надо начать с радищева.

Одна из книг о шнитке называется "годы неизвестности". Сказано корректно.

Как же, при всем при этом, не удивляться: шнитке, не будучи долгожителем, дожил до того, как колледжу в москве присвоили его имя.

Разве не чудеса?

при жизни присваивать не принято. Мало ли что эти личности с увековеченным именем вытворить могут. Не того обласкают, не то подпишут. Наплюют не в те, что надо, лживые глаза.

Мне известен лишь один случай, когда музыкальную школу назвали по имени профессионала, не дожидаясь, пока помрет. Был им петр столярский, скрипач и уникальный педагог (среди его учеников - ойстрах). И случилось это в одессе в 1933 году. После чего появился анекдот. Столярский, показывая на школу, говорит: "школа имени мене".

Москва - не одесса. Хотя и любит всякое джентльмен-шоу. Московская история - другая. В другой тональности. Исполнена щемящего драматизма.

Вы знаете поэта валерия брюсова? очень хороший. Музыканты чтят и его сестру. Книга ректора горлинского "от школы к институту" (м., "Композитор", 1998, 296 с., 500 экз.) Открывается портретом красивой и доброй надежды яковлевны брюсовой: оказывается, из лекций, прочитанных ею, начиная с 9.9.1917-го и до летних каникул в университете шанявского, родилось учебное заведение. В 1918-м то была 1-я народная музыкальная школа. На ее знамени (как же в 1918 году без знамени?) было написано: "музыка для пролетария не забава" и еще что-то в этом роде. Среди предметов читались "история культурной(!) музыки", "знакомство с фортепиано", "хоровое пение". Муз-ликбез. Школу то включали в госбюджет, то изымали, то опять - по просьбе трудящихся - вводили. То называли именем шанявского (по университету), то красной пресни (по району). То просто красной, потому что все вокруг было красным. И в выступлениях учащихся, как тогда писали, красной нитью проходила уверенность, что из красной музыкальной молодежи вырастут настоящие красные музыканты.

В 1926 году школа получила статус техникума, или училища. А немного погодя громкое имя октябрьской революции. Называли попроще: октябрьское училище.

Сюда, на дирижерско-хоровой отдел, и был зачислен - по приказу

73 от 31.8.1949-го - шнитке. И кто бы предсказал в тот день дальнейший разворот событий!

об альфреде гарриевиче шнитке (24.11.1934, г. Энгельс, немцев поволжья асср, - 3.8.1998, гамбург) я скажу так: "из перерусских русский". А говорилось это пушкиным об авторе "недоросля", создателе бессмертного митрофанушки: автор происходил из лифляндского рыцарского рода, выехавшего в москву в xvi веке. Еще при пушкине фамилия писалась в два слова: фон визин. На немецкий лад. Для всего мира шнитке русский, и только в россии, наверно, найдутся сомневающиеся в этом, но я их искать не собираюсь. Шнитке говорил о себе: "я родился и вырос здесь, по предкам - полунемец, полуеврей". Его материнская ветвь обрусела при екатерине, отцовская - в начале xx века.

Шнитке рассказывал: "перед самой войной я гостил у бабушки с дедушкой в москве; они водили меня на приемный экзамен в цмш, но я даже точно не помню - выдержал я его или нет (...). КОгда вернули конфискованные во время войны радиоприемники, я стал слушать музыку - особенно нравились арии из опер, и очень хотелось петь самому (...). НИкаких других контактов с музыкой не было - так, пару раз наигрывал что-то на соседской трофейной губной гармошке..." (Здесь и далее цит. Беседа шнитке с а.Кагарлицкой, 1988)..

Потом была вена, куда отца как переводчика на немецкий послали выпускать для венцев газету "эстеррайхише цайтунг". Первая мелодия, которую сочинил на аккордеоне в 12 лет. Пианистка, соседка фрау рубер, у нее начал заниматься, от нее услышал похвалу в адрес своей пьесы с двумя темами: это же сонатная форма! а мальчик и не слышал про такое.

Из вены приехали в подмосковную валентиновку. Шнитке подозревал, что его судьбу решила случайность: в августе 1949 года в гости к соседям пришел бухгалтер из октябрьского училища. Почему-то заговорили об интересе мальчика к музыке. Гость посоветовал немедля поехать в училище, где идут приемные экзамены. Поехали вместе с отцом: "... Я сыграл перед приемной комиссией что-то на рояле, весьма плохо; обнаружил полное незнание теории музыки; и, как показало испытание, не обладал абсолютным слухом - только очень хорошим относительным. Меня приняли (...). ТАк что мог и не появиться в гостях у соседей тот самый бухгалтер, и неизвестно, как все сложилось бы..." Было все же еще кое-что: преподаватель училища борис константинович алексеев при первых встречах увидел в 14-летнем шнитке то, чего тот, по его словам, тогда в себе сам не видел.

Музыка - это страсть и преданность, дар и трудолюбие. 29.6.1953-го шнитке вручили диплом об окончании училища. С отличием! в выписке из табеля успеваемости 29 пятерок. В характеристике сказано: "... Обладает ярко выраженной музыкальной индивидуальностью исполнительского и творческого характера и безусловно рекомендуется для поступления в высшее музыкальное заведение". 2.7.1953-го шнитке написал заявление с просьбой допустить его к приемным экзаменам на композиторское отделение московской консерватории.

...ШНитке вошел в отечественную музыку в сложное для нашей культуры время. 1948 год, партийное постановление, изничтожившее оперу мурадели "великая дружба", он считал для музыки пунктом "ноль". Все, что происходило в последующие годы, было неуклонным возвращением к нормальной ситуации: в 1953-м в консерватории без спецразрешения нельзя было слушать записи стравинского, бартока и не дай бог шенберга. В 1955-м милостиво разрешили. К концу 60-х начали исполнять талантливейшего андрея волконского, "в свое время изгнанного из консерватории и не пожелавшего идти на уступки и извинения". С 1962-го композиторы ездили на ежегодный фестиваль современной музыки в варшаву. В 1963-м в москву приехал луиджи ноно, и музыканты "впервые увидели живого авангардиста, облик которого никак не вязался с вдолбленным в наши головы "чуждым" стереотипом сухого, механического человека".

Шнитке увлеченно анализировал музыку шостаковича, прокофьева, стравинского. Писал свое. 1971: балет "лабиринты"; 1972: первая симфония; 1974: сценическая композиция "желтый звук"; 1975: реквием.

У него почти ничего не покупали (за 15 лет одно сочинение). Жить было не на что. И отчасти поэтому в конце 60-х он пришел в кино. Кино требовало "выполнения конкретных, часто не особенно высоких по уровню задач", но шнитке стал их сочетать с требованиями, которые ставил перед собой вне кино. Начал со "вступления" игоря таланкина, подружился с элемом климовым, ларисой шепитько, андреем хржановским, андреем смирновым, михаилом швейцером. Вот некоторые фильмы с его музыкой: "дядя ваня", "сказ про то, как царь петр арапа женил", "агония", "маленькие трагедии", "восхождение", "белый пароход", "стеклянная гармоника", "ты и я", "осень", "комиссар"... Он написал музыку для "белорусского вокзала", но она там не прозвучала: "мы вовремя спохватились, - вспоминал шнитке, - поняв, что этот фильм не терпит авторской музыки, и довольствовались оркестровкой песни булата окуджавы в финале".

Что в шнитке не устраивало идеологов кпсс, объяснить невозможно. Никто не поймет. Его, например, обвиняли в "прославлении зла и насилия". Это даже не остроумно. Грубая клевета. С потолка взято.

В начале 80-х он написал кантату на бессмертную тему: "история доктора иоганна фауста". Вскоре она уже звучала в европе. Готовилась премьера в ленинграде. Лариса долина, которой шнитке поручил спеть призрак мефистофеля, вспоминает: "репетировали долго. Шнитке нервничал. Все-таки первый показ кантаты в союзе после триумфа в германии, англии, италии на лучших оперных сценах с лучшими солистами. На западе альфред гарриевич гремел, а родине оказался не нужен. И было очень важно, чтобы премьера прошла на уровне. Я выполнила все его пожелания: достала из чулана старое черное платье с оторванным рукавом, нашла жуткого вида накидку, на свалке вырыла из кучи мусора какие-то перья, начесала волосы, намазала черным глаза. И в таком ужасающем обличье предстала перед рафинированной публикой, пришедшей посмотреть, что за чудо этот шнитке. (...) НА следующий день после премьеры шнитке вызвали в обком партии (...), Все закрыли. Альфред гарриевич тяжело пережил начавшуюся кампанию его травли. С ним случился инсульт, чуть не доведший его до паралича. Некоторое время он даже не мог разговаривать. Так россия теряла великого художника. Я бы сказала, еще одного великого художника. Шнитке уехал туда, где его понимали" (1992).

С 1990 года шнитке с женой ириной жил в гамбурге, работал в консерватории, лечился. Но ему становилось все хуже. Он лишился речи, был почти недвижим. Однако продолжал писать музыку. До конца. Письмо с просьбой о разрешении присвоить колледжу в москве его имя пришло к шнитке в феврале 1996 года. Ответное - ректору горлинскому - датировано 2 марта:

уважаемый вячеслав иванович!

ваше письмо глубоко тронуло меня. Прошу передать преподавателям, студентам и сотрудникам колледжа, что я с большой благодарностью даю свое согласие и считаю это большой честью для себя. От всего сердца желаю руководимому вами колледжу серьезных творческих успехов. Буду рад встретиться с вами в колледже, если позволит здоровье.

А.Шнитке.

Здоровье не позволило.

Он хотел быть похороненным в москве. Его отпели по православному чину в церкви иоанна воина на якиманке. Он покоится на новодевичьем.