Екатериновка.

Крутая излучина реки. Мы зовем это место каменка. Когда-то здесь была плотинка, и вода весело журчала по деревянному желобу. Сейчас это глинистый обрыв, покрытый толстым слоем дерна. По правобережью тянутся леса. Близкий сосновый массив - пулькина грива. Густая сеть проток и ериков, в которой незнакомому человеку легко запутаться. Озеро луговое отделяет сосняк пулькиной гривы от сосняка власовой гривы. А уж от нее весь клин до впадения нашей речки безенчук в волгу у села владимировка занимают луга и смешанные леса. Осинник, дубняк, клен, ясень.

Река безенчук некогда считалась мелкой. Ниже каменки по течению ширина ее достигала в жаркую пору не более пятнадцати метров. Но ходить здесь было опасно: зыбкая почва, обилие родников делали это место труднопроходимым. Еще ниже, там, где пролегает не отмеченная ни на каких картах граница между екатериновкой и федоровкой, был мост и дорога через него вела направо - к власовой гриве и чапаевску, налево - к волге. Здесь до революции стояла пристань, и сельские купцы регулярно пользовались ею. Ниже моста впадал в реку один из самых обильных ручьев - шумок. Из года в год манил он к себе пацанов здоровенными язями, крупной густерой и азартными окунями.

Притаскивал отсюда домой полные куканы и я.

По левому же, высокому, берегу раскинулось вдоль реки наше село екатериновка. Вернее, кучкой целых три села - алексеевка, екатериновка и федоровка. Издавна молодых сельчан "мужска пола" разделял дух соперничества. Алексеевцы, правда, никогда не сталкивались в открытую с федоровцами, зато екатериновцы вечно были в состоянии войны либо с теми, либо с другими.

За долгие годы промежутки между селами срослись, застроились, и только в памяти людей да еще в названиях автобусных остановок сохранились исторические наименования.

Екатериновка сегодня - обобщенное название старинного двухсотлетнего села. Со всеми атрибутами крупного центра, каковым оно когда-то и являлось.

Места наши после разгрома восстания пугачева были подарены милостью екатерины великой семейству графов орловых-давыдовых. И до сего дня сохранились в селе добротные строения, принадлежавшие помещику и купечеству. О богатстве екатериновки говорит хотя бы то, что в селе располагалась одна из лучших сельских больниц в губернии. Здесь же находилась и одна из крупнейших в районе ветеринарных лечебниц.

Еще на моей памяти дома помещика и купцов использовались как общественное достояние. В одном из них и по сию пору находится сельский клуб. Правда, безденежье не лучшим образом сказалось на его состоянии.

В других домах всего лишь лет двадцать назад располагалось сельское профтехучилище (спту-4), которое дало путевку в жизнь и мне. Эти здания ныне уже снесены. Сохранился лишь старый помещичий дом, п-образная громадина с вычурными пирамидальными башенками на крыше. Когда-то в него вели два парадных входа - крылечки, изукрашенные резьбой. Теперь уже из них осталось лишь одно, реставрированное и приведенное к общему знаменателю, то есть обезличенное. В здании этом когда-то был детский дом, и сплоченные детдомовцы не давали спуску ни алексеевцам, ни екатериновцам, ни федоровцам. После серьезного чп (один из воспитанников, мой одноклассник витя семенов, был найден повешенным на чердаке соседнего сгоревшего здания) детдом расформировали. В одной половине дома после этого был организован интернат, в другой - что-то вроде общежития для учителей.

Церковь святой троицы считалась одной из красивейших в губернии. В период антирелигиозного разгула храм пытались разрушить, и долгое время над селом возвышалась белая, так до конца и не развороченная, колокольня. В день разгрома церкви одна из моих родственниц евгения васина (тетя еня) сумела спасти от уничтожения несколько икон. При восстановлении в селе церкви она вернула их. О женщине этой, прошедшей через ад раскулачивания, запуганной раз и навсегда настолько, что всю оставшуюся жизнь она боялась одеваться во что-то новое или нарядное, разговор должен быть отдельным, а потому я и возвращаюсь к своей основной теме.

Мама рассказывала, что человек, затеявший разгром церкви и принявший в этом самое активное участие, еще при своей жизни был наказан богом. Так это или нет, не мне судить. Но только его сын из ружья застрелил случайно свою сестру, после чего застрелился сам.

Долгое время останки церкви с разбросанными вокруг гранитными надгробными памятниками стояли пустыми. В летнюю пору мужики заходили туда, чтобы выпить в тенечке и прохладе. За полуразрушенным портиком открывалось зрелище, всегда наводившее на меня трепет: выщербленные остатки роскошной росписи. Гулкое эхо под главным куполом и голуби, во множестве гнездившиеся здесь, могли порой серьезно напугать. Позже в пустом строении был оборудован технический склад спту, а потом образовалась свалка сломанной колхозной техники. Несколько лет назад храм был восстановлен, и теперь в выходные и праздничные дни над селом и рекой вновь звучит благовест.

Говоря о вандализме, порождении эпохи развитого социализма, нельзя не сказать о трагедии сельского кладбища. Старики рассказывали, что склепы и могилы купцов и зажиточных сельчан способны были поразить воображение своей красотой. На моей же памяти от склепов остались лишь ямы, а памятники частью валялись, врастая в землю, частью были вывезены рачительными колхозниками для строительных нужд.

Благосостояние села зиждилось на нескольких китах. Фабрика крученых изделий (работающая и теперь, правда, не в полную силу) обеспечивала канатами и веревками несколько регионов. Благодаря фабрике село наше узнавалось издали: высокая фабричная труба и характерного вида четырехэтажное здание рабочего корпуса выделялись на местности. В красном уголке этой фабрики я впервые увидел телевизор, тот самый квн с линзой, по которому можно было смотреть не только кино, но и футбол!

мельница была разрушена также на моей памяти. Рассказывали, что строил ее полуграмотный мастер в конце хiх века. Со всего района привозили сюда зерно на помол. В военное время мельница эта позволяла колхозу иметь неплохой дополнительный приработок. Вообще-то в каждом крепком хозяйстве была когда-то своя мельница, ручная, так называемая "крупорушка". Но в перид коллективизации владельцы таких мельниц приравнивались к классу кулаков, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

А загубили мельницу советские инженеры. В процессе реконструкции не смогли отладить систему смазки, которую неграмотный строитель решил просто, оригинально и эффективно. И не стало у нас в селе мельницы.

На стыке алексеевки и екатериновки располагалась мтс (позже ртс), на которой довелось поработать и мне. Мастерские эти обслуживали технику едва ли не всего района. Именно здесь кузнец виктор ломакин преподал мне, работавшему у него в качестве подмастерья, не только уроки мастерства, но и уроки истории. Он рассказывал, как в школе его заставляли выкалывать глаза изображенным в учебнике истории героям революции и гражданской войны, которые попали под сталинскую "чистку". Мастерские ртс теперь захирели, частью разрушились, и производство в них сокращено до минимума.

В прежние времена стараниями сельского купечества в селе существовали пищекомбинат и пекарня. Лимонад, сласти (зефир, пряники, мармелад и мороженое), соленые и маринованные овощи и грибы - все это, высокого качества и дешевое, поставлялось в районные магазины. А хлеб у нас выпекали такой, что из чапаевска в выходные дни за ним приезжали.

Были в селе гончарная и валяльная мастерские. Но продукция их стала со временем анахронизмом. Мастера поумирали, и промыслы эти отошли сами собой.

Ну а в семидесятых годах начался интенсивный процесс разрушения всей сельской промышленности. То бишь, централизация. То ли в районе позавидовали, то ли указание сверху спустилось, а только из села в безенчук стали переводить больницу, спту, ртс. Разрушить - разрушили, а на новых местах все эти организации почему-то так и не прижились. И остались в екатериновке совхоз (прежде колхоз) "заря поволжья", мехлесхоз, номинально отошедший к чапаевску, плодосовхоз и дышащая на ладан по причине безденежья фабрика крученых изделий. Да еще рыболовецкая артель, располагающаяся на каменке. В начале восьмидесятых годов начали строить в районе алексеевки кирпичный завод. Да так и бросили в связи с дефолтом. Так и стоит недостроенное здание памятником бесхозяйственности.

Даже реки прежней, той, которую я помню, не осталось уже. С того времени, как открыта была саратовская гэс, паводок, однажды появившись, уйти уже не смог, скрыв под водой богатейшие заливные луга, слив воедино красивейшие озера и живописные ручьи.

Чапаевские заводы, периодически сбрасывающие в реку ядовитые отходы, наглядно показывают несовместимость свою с окружающей средой. Своими глазами видел я как из воды лезут среди бела дня раки, не терпящие химических примесей. Теперь они становятся редкостью. А ведь помню времена, когда с лодки можно было видеть гирлянды раков, висящих на водорослях. А какая была у нас рыбалка! и ныне екатериновка считается среди рыбаков не последним местом. Но по вине предприятий чапаевска временами вдоль реки и пройти невозможно - такой "аромат" от сдохнувшей и разлагающейся на берегу рыбы.

Не часто приезжаю я сейчас на свою малую родину. Но когда приеду, обязательно захожу в церковь, где поет в хоре моя постаревшая классная руководительница, римма алексеевна морозова, преподававшая у нас русский язык и литературу приобщившая меня к творчеству.

На новом здании библиотеки совсем еще недавно красовалась табличка: "владимир ильич ленин посетил село екариновка в 1890 году во время жигулевской кругосветки". Было это или нет - современные исследователи полагают, что этого просто не могло быть. Но к восьмидесятилетию этой даты в селе, на том месте, где якобы высаживались участники той кругосветки, был установлен памятный знак, от коего сейчас остался лишь постамент. Да еще местные остряки шутят: "нашел на днях в своем огороде бутылку с запиской:

здесь, мол, был вовка ульянов".

Бытовало в селе много изустных рассказов о кладах и даже, говорят, находили что-то. Во всяком случае, я помню, как при реконструкции здания фабрики на чердаке найдены были целые "простыни" керенок и более ранних денег. А из находок, способных вскружить головы мальчишек, нельзя обойти вниманием оружие, которое мы находили на огородах: винтовочные стволы, остатки пистолетов, полуразрушенные от ржавчины. Одному из пацанов достался даже настоящий маузер, хорошо сохранившийся. Целых четыре дня он был предметом нашей зависти, после чего участковый малаев наложил руку на находку.

Изменилось сегодня село. Много понастроено в нем коттеджей, о показном богатстве дачников сельчане отзываются весьма неодобрительно. Вымирает старое поколение, а новое подрастает какое-то инертное, чересчур материалистическое. В самом деле, у людей отняли многое, а дать взамен не смогли ничего.

И все равно для меня екатериновка - родина. Здесь я мальчишкой слушал выступление на сельской площади волжского народного хора, тогда только начинающегося. Здесь я впервые срифмовал несколько строк, научившись впоследствии понимать силу слова. Здесь ездил на велосипеде на волгу через заречные луга, через лес и земляничные поляны. В этих водах я поймал свою первую красноперку. А на сельском кладбище лежат поколения моих предков. И на обелиске, установленном посреди села, значатся имена моих дядьев, не вернувшихся с фронта. Здесь живут герои моих рассказов и стихов. И я имею к этой земле большее отношение, чем те скоробогатчики, дачи которых украшают набережную улицу. Потому что я - частица души этого села. И так будет всегда.