Из 50 лет моей жизни первые 30 прошли на улице советской. В подмосковной малаховке, не в пример другим местам, эта улица со славным названием была широкой и даже отчасти мощеной. Отчасти - потому, что когда нам выпала честь жить вдоль магистрали, по которой потечет в москву газ из города саратова, строители так спешили сдать "голубую нитку" в строй к ноябрьским праздникам, что забыли вернуть брусчатку в прежнее состояние. Не помню, чтобы мои родители сильно расстраивались по этому поводу, скорее даже радовались, ведь машины у нас не было и не предвиделось, а в доме появился настоящий - не баллонный - газ. Надо сказать, что родители вообще очень удачно выбрали место для покупки домика, когда в середине 30-х перебрались в малаховку из брянска. Рядом, на советской, сколько себя помню, всегда был магазин, куда мама не боялась посылать меня за хлебом и иногда забывала спросить у меня оставшуюся с рубля сдачу. А между магазином и нашим домом, в двух шагах от него, располагалась швейная фабрика с телефоном в проходной. Фабричный сторож никогда никому не отказывал в просьбе позвонить, даже ночью, если нужно вызвать "скорую". Но самым главным нашим достоянием был большой летний парк, в который с другой стороны упиралась советская улица. Парков, или, как мы говорили, парковых зон, в малаховке было много, но этот был особенным. В центре его, сколько себя помню, стоял огромный летний театр. С нарядным портиком и большущими белыми колоннами. "Наш летний построен в греческом стиле", - с гордостью рассказывали нам в школе. В греческом так в греческом - в стилях мы были не сильны, гораздо важнее было, что с середины весны мы могли смываться с уроков в летний. С десяти утра там уже крутили кино, и в темноте просторного зала никакая училка достать нас была не в силах. В летнем я восемь раз смотрел своих любимых "добровольцев" с ульяновым и быстрицкой и очень гордился, что софья михайловна, моя учительница литературы, приходилась двоюродной сестрой героине фильма.

Кино в летнем "кончилось" за год до окончания школы: под тяжестью мокрого снега в театре обвалилась давно не чиненная крыша. Но нам все равно "здоровско повезло" - когда 1 июня 1966 года мы выходили после 6-часового истязания выпускным сочинением, то на площади перед летним оказались в центре небывалого в малаховке зрелища: из парка вываливалась живописная толпа российских мещан конца xix века. В разрушенном театре снимали чеховскую "душечку" с людмилой касаткиной и роланом быковым, а толпу пыльных и потных статистов отпустили пообедать в местном ресторане...

Однако по-настоящему гордиться своим летним театром я стал после того, как однажды наткнулся на вышедшую спустя несколько лет книгу воспоминаний алисы коонен. Я не поверил своим глазам: среди иллюстраций я обнаружил фотографию летнего сада и театра, сделанную еще в 1911 году! спустя 60 лет, оказывается, все выглядело таким же, как тогда, когда в летние сезоны здесь играла свои спектакли труппа малого театра и устраивались оперные концерты. Московская дачная публика ходила в малаховке смотреть яблочкину и турчанинову, ольгу садовскую и лепешинскую, слушать собинова и шаляпина.

Построили летний в том же 11-м. "15 мая в 2 ч. Дня назначен молебен по случаю открытия театра", - сообщает журнал "театр" за тот год, репертуар первых трех спектаклей сложился из популярных мелодрам и комедий: "джентльмен" сумбатова-южина, "ревность" арцыбашева и "трактирщица" гольдони. Молебном открывался каждый новый сезон, и совершался он в храме петра и павла, возведенном девятью годами раньше в 200 метрах от места, где появится потом театр. Как раз между ними спустя 20 с лишним лет поселятся мои родители. Улица петропавловская к этому времени будет уже переименована в советскую, а купол храма снесен. Новая власть распорядилась им по-хозяйски, образовав там швейную фабрику. Ту самую...

Храм петра и павла в этом году усилиями прихожан восстановили. А вот летнего театра не стало. Он сгорел дотла десять дней назад, в ночь на 8 октября. Жители соседних домов проснулись в испуге от жуткого треска, похожего на автоматные очереди, решили - началось... Оказалось, это лопается раскаленная кровля театра.

Пожарные приехали быстро, но делать им было уже нечего: старое сухое дерево вспыхнуло мгновенно. Осталась груда обугленных кирпичей и кровельного железа.

В малаховке на моей памяти митингов не было - ни по советским праздникам, ни позже. В прошедшую субботу в летний парк пришло человек двести, я встретил там многих из тех, кого уже не чаял видеть живыми, некоторых малаховских стариков прикатили на инвалидных колясках. Никто не сомневался, что летний подожгли.

Правда, официальная версия этого не подтверждает, точнее - ее вообще нет. "А если нет никакой версии, - сказали мне в малаховской милиции, - то как искать-то? вот начнут на этом месте строить какой-нибудь дворец, тогда и поймем, может быть, откуда ноги растут..." В малаховке, впрочем как и везде у нас, подобным ходом событий не удивишь уже никого. Сгорел "внезапно" никому не нужный старый детский дом, потом возвели краснокирпичный особняк. Сгорел еще один "ненужный" дом пионеров - территорию его сразу оградили колышками: частная собственность, кто-то изготовился к строительству. Разобрали на бревнышки аптеку, построенную когда-то в стиле русского модерна: никто не знает, кто приватизировал красивый участок и обнес его забором. Чего уж и удивляться тому афронту, что устроили митингующие в летнем бесстрашно забравшейся на развалины театра для обращения к ним заместительнице главы малаховской администрации... Она клятвенно пообещала не допустить приватизации исторических участков малаховки. "Знаем мы нашу власть, - кричали ей, - все у вас куплено, и не верим ни единому вашему слову!" призывы же выйти на субботник и расчистить пепелище были приняты в штыки: "чтобы нашими же руками ускорить какому-то нуворишу начало застройки? никогда!" малаховский "совет общественных организаций" потребовал от администрации открытия валютного счета для сбора средств на восстановление летнего театра. Власти пообещали пойти навстречу и вообще "принять меры". Понятно, ведь в декабре предстоят местные выборы...

"Из малаховки ушла душа, - тихо сказал кто-то рядом в толпе, - не вернется она, все это пустое..." "Даже в холодные военные зимы 1941-1942 годов ни у кого здесь не поднялась рука разобрать театр на дрова, а сегодня дожили до такого варварства", - это уже раздавалось с верхней ступеньки обугленного кирпичного портика, что служил импровизированной трибуной митинга. А рядом 88-летняя старушка, шепелявя беззубым ртом, давала, наверное, первое и последнее в своей жизни интервью на камеру программы "сегоднячко":

она рассказывала, как водили сюда ее маленькой девочкой слушать шаляпина...

Моя же трехлетняя дочка слезла с любимых парковых качелей и спросила только: "пап, это цирк сгорел, да?.." Этим летом в малаховском парке гастролировал цирк шапито.

Мемориальную доску с именами великих, что прославили летний театр, успели подобрать учителя моей школы.