У сериалов плохая репутация. Но максимальный рейтинг.

В них есть притягательность: с героями встречаешься, как с друзьями. За них можно переживать, как в жизни, - долго.

Но это дешевое кино. Оно делается в мини-срок за мини-деньги. Думать и шлифовать некогда, и не нужно удивляться, если герой через год окажется в той же мизансцене. Так в массовом строительстве: из стандартных блоков собирают разные композиции - получается как бы архитектура.

Все родовые черты сериала есть и в "зале ожидания". Но есть нечто, внушающее особую симпатию. Орт более других каналов старается услышать настроение аудитории: люди жаждут позитива. Светлый настрой старых фильмов обеспечивает устойчивый рейтинг - и если нельзя этот свет сегодня высечь естественным путем, попытаемся его сымитировать.

Так возникли "старые песни о главном", и успех был обвальным, долгим. Теперь сделали старое кино о главном. Соцреалистическое. Или голливудское, что то же самое. Употребляю эти термины как комплимент. По-моему, нормальное кино может стать массовым, только если есть положительный герой, подобие социального конфликта, простые человеческие чувства и победа справедливости, к которой примешана толика светлой грусти.

Определенный цинизм рассуждения неизбежен: ведь и в блочной архитектуре говорят больше о функциональности. Кран подает на площадку готовые блоки: вот панель, вот перекрытие, а вот санузел. Определенный цинизм в сериале не грех - это цинизм точного расчета.

"Зал ожидания" рассчитан абсолютно точно, он получил максимальный рейтинг и полное неприятие критики.

В нем нет чернухи. Мордобоя, киллеров, трупов. Есть коварство и любовь. Есть 1 (один) подлец. Он, конечно, милиционер (точно услышана неприязнь населения к представителям власти). Но он не находит поддержки в положительных рядах милиции (точно услышан возможный протест мвд). Есть светлая смерть отрока. Есть наша леди гамильтон - олимпийский чемпион, не переживший супружеской измены и ставший убежденным бомжом.

Если кто спросит авторов, где они видели чемпиона, добровольно скинувшего бремя славы во имя морального максимализма, тот будет не прав. Потому что - а где мы видели штирлица, задурившего весь третий рейх? кино - эманация не реальности, а наших вожделений. Которые тоже есть реальность.

Перед премьерой "зала ожидания" авторы что-то говорили насчет метафоры: зал ожидания - вся наша жизнь: одни едут на локомотиве прогресса, другие стоят на обочине с протянутой рукой. Звучит красиво, но это они явно придумали перед премьерой. Потому что какой к черту прогресс и нашедшие себя герои! едет миллионерша, она нашла не себя, а деньги. Едет ее штаб, чья национальность почему-то уточнена особо. И едет киношная тусовка, поданная наиболее достоверно, потому что ее хорошо знают авторы. Все, кроме нины усатовой и ее штаба, хоть и едут, но тоже с протянутой рукой в сторону единственного тут локомотива - простой миллионерши, всесильной, как лужков. Умна, по-бабьи отзывчива, энергична, как партийная активистка, обладает материнскими интонациями секретаря райкома из фильма про работу с несознательным элементом. И думает за всю страну сразу.

К тому же поезд стоит. Долго. Несколько дней. Один звонок детдомовца в милицию парализовал ж.Д. Магистраль, в стране прекращена доставка угля и экскаваторов. Но все спокойны, проживают положенную сценарием жизнь. Это условность. Нас тоже не волнует судьба остановившейся страны. Нас волнует, станет ли талантливая девочка из народа кинозвездой. И сбежит ли воспитательница детдома от любимого бомжа в голливуд. И простит ли бомж согрешившую режиссершу. И что победит - коварство или любовь.

Сериал всегда о чувствах. Он так же условен, как пепперминт с долгим, устойчивым вкусом.

Теперь щепотку политики. Как на модели, нам объяснили неизбежность капитализма, необходимость трудиться, а также тлетворную роль провокаторов, которые пытаются народ от созидательного труда отвлечь на очередную борьбу. Это придает черты актуальности.

Думать в сериале, уже сказано, некогда, и, боюсь, сценариста олега данилова не позовут, как его героя, в голливуд. Иногда герои поступают так необъяснимо, будто ими управляет безумный кукловод. Иногда эти поступки и объяснить можно только безумием - как сделано в случае с милиционером. Иногда тексты так невоплотимы, что их приходилось переозвучивать, актеры шевелят губами невпопад. И все перед душераздирающим выбором: кино или ребенок, зареченск или голливуд, супружеская безукоризненность или вся жизнь под откос. Это придает сценарию черты уже не "старого", а черно-белого кино.

Но в этом сериале в отличие от бразильских есть одно неотразимое. Актеры, которые искренне стараются во все поверить. Наши замечательные актеры, изголодавшиеся по ролям. Появление любимых актеров - еще один признак "старого кино" и акт утоления зрительской жажды.

Давно так не играл вячеслав тихонов. В нем проявились черты превосходного характерного актера. Он верит в доброту, очень страдает от ее ухода - в условной модели сериала он прожил безусловную жизнь очень хорошего человека. Роль мэра, изначально плоскую и написанную в спешке, михаил ульянов сумел сделать объемной и живой. Соавторами своих ролей стали вера глаголева, нина усатова. Мы открыли группу молодых способных актеров. То, что режиссер дмитрий астрахан умеет делать трогательное кино, известно и так. Коль нельзя было данную модель собрать по логике жизни, он наскоро сколотил ее по логике чувств.

Кривой гвоздь - сценарий. В нем заложена снисходительность к будущим потребителям продукта. "Народ дикий!" - этот лейтмотив сценарного текста, к сожалению, вошел и в идеологию картины. Она говорит со зрителями приблизительно так, как кинозвезда из вагонного окна с жителями беспробудного зареченска.