Этот яркий, жирный мир

в минувшее воскресенье в роттердаме закончился 28-й международный кинофестиваль. Один из трех знаменитых роттердамских "тигров" - главных призов фестиваля - был присужден российскому режиссеру александру баширову за фильм "железная пята олигархии". Накануне престижного кинофорума мы радовались самому факту появления русского фильма в конкурсе, - некоторое время международные фестивали обходились без русского кино.

Глеб ситковский

"фестивалю нужно быть приключением и экспериментом", - сказал директор роттердамского международного кинофестиваля саймон филд. "Фестиваль, - продолжил он, - должен быть праздником кино, но он должен также высвечивать новые тенденции, обсуждать новые направления". В словах мистера филда (он англичанин по происхождению) - извечное противоречие, которое должен разрешить для себя директор каждого фестиваля. Хорошо, конечно, когда на фестивале есть и то, и это, и пятое, и десятое, но, в общем, всегда приходится выбирать: будет ли это фестиваль-праздник или фестиваль-работа? праздник - это, когда приезжает много-много звезд, за которыми гонятся много-много фотографов, и многие-многие люди толпятся, вытягивая шеи, около кинотеатров-дворцов в надежде получить автограф. Работа - это, когда приезжает много-много кинопрокатчиков, критиков и отборщиков с других фестивалей, которые пьют много-много кофе и смотрят много-много фильмов.

В роттердаме, конечно, имеет место быть второй вариант. И пускай семь залов гигантского мультикомплекса "патэ", рассчитанного на 2686 мест, не всегда заполнены до отказа. Зато профессионалы всегда смогут выбрать из огромного количества картин, представленных на фестивале, именно то, что им нужно. Роттердамский фестиваль - самый первый в году. Знаменитый берлинский фестиваль начинается сразу вслед за роттердамским, и обычно вся профессиональная кинотусовка едет на два фестиваля кряду. Считается, что на роттердамском фестивале (класса "в") можно подвести итоги минувшего года, а на берлинском (фестиваль класса "а") составить себе в общих чертах представление о том, чего ожидать от мирового кинематографа в новом году.

В роттердаме в этому году было по традиции много фильмов, которые уже отшумели на других крупных кинофестивалях. Сюда привезли "вечность и день" тео ангелопулоса ("золотая пальмовая ветвь" в каннах), "жизнь, приснившуюся ангелам" эрика зонка, "черный кот, белый кот" эмира кустурицы, "меня зовут джо" кена лоуга, "апрель" нанни моретти. Но роттердамский фестиваль слишком горд, чтобы питаться одними объедками с чужих столов. В его главной программе - множество мировых и международных премьер, причем некоторые из показанных фильмов могут сделать честь и фестивалю класса "а".

main programmer - Это, как и следует из названия, мейнстрим, но саймон филд, выполняя свои обещания, предоставляет на фестивале место и для эксперимента. Роттердам - город-полигон для современной архитектуры и современных технологий, и он, конечно, не мог не отдать должное и современным кинотехнологиям. "digital new wave" И "exploding cinema" - две фестивальные программы, в которых старое доброе кино часто оказывается задавлено виртуальной реальностью, интернет-технологиями и видеоартом. Причем само старое доброе кино иногда бывает ужасно довольно, что его так придавили.

Как любой уважающий себя фестиваль, роттердамский организует у себя персональные ретроспективы. В этом году в программе "кинематографисты в фокусе" было отдано должное творчеству нескольких очень хороших режиссеров, имена которых, к сожалению, более известны профессионалам, чем широкой публике. Это француженка катрин брейлат, итальянцы даниэле килри и франко мареско, иранец абольфаз джалили. Организаторы фестиваля специально постарались столкнуть режиссеров, живущих в разных странах и существующих в разных кинематографических и культурных традициях - такие сопоставления, справедливо считают они, весьма плодотворны для искусства.

Задача не быть европоцентричным фестивалем выполняется свято, и хочется верить, что эта географическая широта фестиваля вызвана не только политически корректными соображениями. На фестивале есть кино абсолютно всех континентов, за исключением разве что антарктиды. Из тех сотен фильмов, которые ежегодно выпускает далекая страна япония (или, скажем, индия, где кинопромышленность тоже работает вовсю), фестиваль старательно отбирает несколько работ, которые выделяются из общего потока. Не всегда, впрочем, эти отличия от общей массы столь существенны, чтобы говорить об оригинальности режиссерской манеры. Вот, например, типично японский фильм "миназуки" режиссера магизуки рокуро, мировая премьера которого состоялась здесь, в роттердаме - много любви и тоски по утраченной любви, много закатов и восходов солнца, и все это приправлено достаточным количеством специфического японского юмора. Вот, например, типично австралийский фильм "terra nova" режиссера поля мидлдитча, участвовавшего на правах дебютанта в борьбе за главную награду фестиваля - роттердамского тигра. Для того чтобы усвоить его сюжетную схему, достаточно вспомнить самый знаменитый австралийский фильм последних лет "пианино" джейн кемпион, который был, правда, сделан значительно лучше, или австралийские "сирены", которые тоже не так давно шли в российском прокате. Молодая одинокая женщина с маленькой дочкой приезжает на новую землю. Главное событие, столь полюбившееся австрийским кинематографистам, - это приезд. Приезд на новую странную землю и знакомство с новыми странными людьми, которые обитают в одном большом доме. Больше в картине поля мидлдитча ничего особенного нет. Разве что удачное экспериментирование со звуком - саундтрек этой картины состоит из блеянья овец, шума волн и листвы, и австрийская природа не замолкает почти никогда, служа непрерывным фоном для непрерывных разговоров.

Если говорить о других фильмах, вошедших в конкурсную программу (напомню, что в роттердаме конкурс проводится только среди режиссеров-дебютантов), то сквозной темой этого года следует, наверное, признать тему взросления, тему утраты невинности. Не знаю, связано ли это с тем, что дебют в кино можно уподобить и расставанию с девственностью, но сразу в нескольких картинах главные герои - это подростки, постепенно осознающие себя и свое место в мире.

Молодой девственник леви в австрийском фильме "в небесах" режиссера микаэля биндехнера встречает свою первую любовь - польскую девушку валеску. Любовь, дружба - все, как у всех, все предельно банально, но режиссеру показалось важным рассказать историю о том, что "за кажущимся счастьем может скрываться внутренняя драма".

Еще один австрийский фильм "слидни - пронзительно яркий мир" снят тремя режиссерами: барбарой альберт, микаэлем гриммом и рейнхардом джудом. И опять все три новеллы - о венских тинэйджерах, познающих этот мир, который кажется им таким пронзительно ярким.

Мир не всегда столь пронзительно ярок. Иногда он бывает и жирным. Ян шютте, снявший фильм "жирный мир", далеко не дебютант, и его картина показывалась не в конкурсной, а в главной программе. Фильм о людях, которые отвергают зажравшуюся жизнь, а зажравшаяся жизнь, что совершенно естественно, за это отвергает их. Алкоголики, тунеядцы, хулиганы... Вот те, кого сделал своими героями немец ян шютте. Обитающий на самом дне этого жирного мира хаген тринкер встречает 15-летнюю юдифь, бежавшую из дома и примкнувшую к "отверженным". Запретная любовь с несовершеннолетней может спасти его от окончательного выпадения в осадок этой невыносимо жирной жизни. Но не спасает.

На окраине жизни прозябают и подростки с окраины мадрида, показанные в фильме испанца фернандо леона де араноя "соседство". Они живут в нищем рабочем районе, в огромных уродливых домах, рядом с которыми - ни деревца. Городские джунгли для безработных. И выбраться из этих джунглей в настоящий мир (не яркий и не жирный) нет никакой надежды. Единственное окошко в другой мир - это телевизор, но и тот не работает. Так и живут малолетние герои этого, да и не только этого фильма из тех, что показаны на роттердамском фестивале, мечтами об обретении потерянного рая.